Мейер Марисса: Белоснежка

Ясин поднял голову, когда она подошла к краю помоста. Их взгляды встретились. Она увидела перед собой мужчину, связанного и избитого, которого весь день мучили, над которым издевались. На мгновение ей даже показалось, что им удалось его сломить. Еще одна раздавленная королевская игрушка… Но уголок его губ чуть приподнялся, и улыбка озарила голубые глаза – он по-прежнему был таким же ярким и желанным, как восходящее солнце.

– Волк – это все, что у меня осталось, – пояснила Скарлет. Она швырнула прутик через тропинку. Ветка упала прямо перед Рю, но тот посмотрел на нее так, будто вообще не понимал, что это такое. Плечи Скарлет поникли. – Он нужен мне так же, как и я ему. Но это вовсе не означает, что между нами… любовь. Зима опустила ресницы: – На самом деле, мой дорогой друг, это именно любовь.

Он знал слишком много. Указ об истреблении пустышек приняла сестра Леваны, королева Чэннери, после того как один из лишенных дара пробрался во дворец и убил их родителей. Однако вряд ли кому понравится, что его детей держат в особом хранилище и используют как доноров.

Зола сначала напряглась, но тут же расслабилась, полностью отдавшись поцелую. И так каждый раз, хотя это был уже семнадцатый поцелуй (интерфейс вел подсчет против ее воли), и ей хотелось знать, привыкнет ли она когда-нибудь к этим ощущениям. Привыкнет ли чувствовать себя желанной, если всю жизнь считала, что представляет интерес только как результат странного научного эксперимента. Привыкнет ли, что ее любит Кай, который так умен, благороден и добр. И может получить любую девушку, какую захочет. Любую.

Слева от Зимы на троне, высеченном из белого камня, восседала ее мачеха. На подлокотниках виднелись глубокие царапины. Обычно во время судебных разбирательств королева Левана оставалась невозмутимой и безучастной и лишь постукивала ногтями по гладкому камню, а не вонзала их яростно. Однако с тех пор, как Левана со своей свитой вернулась с Земли, напряжение зашкаливало, и мачеха впадала в бешенство гораздо чаще.