Пьяцца Эндрю: Песня для пустоты

Странное сочетание морских приключений с нереализованными философскими претензиями и предсказуемым сюжетом. Основная часть романа, которая касается сражений, написана хорошо и доставила мне массу удовольствия. Автор убедительно воссоздалл эпоху, используя тщательно изученные социальные и физические детали. Персонажи интересны и самобытны. Сцены смелых поступков динамичны и захватывающи. Книга также с сочувствием затрагивает тему наркозависимости и содержит несколько интересных метатекстуальных идей об иллюзии, что поднимает ее для меня выше уровня простого развлекательного чтива. Жаль, по крайней мере для меня, что другие аспекты подорвали большую часть этой обнадеживающей работы. Сцены ужаса показались мне неоригинальными и нестрашными. Многие моменты казались скопированными из известных фильмов ужасов, и читались с нисхождением. Меня также оттолкнул слабый философский подтекст, который не соответствовал исторической обстановке. В тексте очень много было для меня незнакомых слов и понятий, таких как магнитосфера, аксиомы материализма или основные понятия нейробиологии, но автор упоминает их к месту и не к месту, не потрудившись доступно объяснить, что это такое. Экипаж ближе к финалу ведет себя неадекватно, отчего теряется чувство присутствия, и я точно знал, куда идет история, поскольку писатель не посчитал нужным сознать так необходимую здесь тайну. Несмотря на некоторую очевидность, часто встречались ненужные чрезмерные объяснения, включая раскрытие мотивов различных антагонистов в непреднамеренно смешных, в стиле злодеев Джеймса Бонда, экспозициях. Возможно, я слишком зациклился на недостатках этой книги, но это потому что живой стиль письма и сильная первая треть давали огромный потенциал. Именно поэтому чувство разочарования в конце было особенно болезненным.

Больше всего в книге я ценю сюжет, а здесь он по-настоящему развился только на последних ста страницах, причем развернулся именно так, как я и предполагала, отчего я не почувствовала удовлетворения. Мне бы хотелось больше неожиданных поворотов, особенно касающихся природы Темносвета. Но главная проблема романа для меня даже не в его затянутости, а в проповедуемой устаревшей философии, насаждающей каждую главу. Казалось, автор каждому поступку героев хотел придать какой-то высший смысл, что я посчитала полной бессмысленностью. Мне, не стороннице нигилизма, подобный подход к изложению мыслей, вышел тяжеловатым в плане восприятия, понимания и принятия. Большая часть сюжета отведена, увы, не реальному кошмару, с которым столкнулись моряки, а воображаемым видениям, порожденным их грехами, сожалениями и ошибками. Как человеку, практически лишенному пагубных зависимостей, мне было совсем не интересно читать о моментах опиумной нирваны, в которой большую часть времени пребывал Корбет, и которого, к моему недоумению, писатель позиционировал, как достойного и уважаемого члена общества. Я полагала, что это будут морские приключения с долей ужасов, но получила лишь невнятный материализм под красивой обложкой, который я до этого старательно избегала в других книгах и приложу двойные усилия, чтобы обходить подобную тематику и впредь.

Вся книга напряженная, лаконичная, тщательно продуманная и выстроенная. Очень понравилось, как автор совместил реальные исторические события с фантастической канвой. В особенности это касается шхуны, и то, как детально она была прорисована. Я просто ощущала дух того времени. Однако это книга ужасов, и многие сцены крайне мрачные, поэтому она, вероятно, подойдет не всем, недаром даже на самой обложке стоит маркировка с возрастным цензом. Говоря об ужасе, Темносвет великолепно справляется с ролью монстра, постепенно переходя от непознаваемого, пугающего и обширного к понятному. Последовательное раскрытие его правил позволяло мне одновременно ощущать кошмар известного и поддерживать угрозу и страх по мере того, как я начала понимать, что он из себя представляет и его цели. Это масштабное и мощное произведение, элегантно вписывающееся в повествование на многих уровнях: от того, как оно влияет на персонажей через употребление опиума, до того, как перетекает в кульминацию, намеренно оставленную расплывчатой.

Я люблю исторические романы и люблю ужасы. И эта книга соединяет оба моих любимых жанра. Я начала читать и быстро заинтриговалась, потому что она написана так, что я понятия не имела, что происходит. Я ясно осознавала, что случилось что-то из ряда вон выходящее, но оставалась в недоумении относительно истинной причины до самого конца, вплоть до того, носит ли объяснение сверхъестественный характер, является ли результатом травмы, психологическим фактором или принятием психотропных веществ. Последнее для меня смотрелось самым вероятным, исходя из пагубной зависимости главного героя, поэтому его точка зрения не заслуживала у меня доверия. В романе также меня потрясло несколько довольно жутких сцен, в особенности сцена с младенцем, несмотря на ее краткость. Просто у меня очень богатое воображение, и часто мне приходилось делать паузы, чтобы осмыслить прочитанное. Но мне очень понравился сам процесс чтения, когда я пыталась строить теории и разгадать загадки. Морская тема добавляла остросюжетности из-за изолированности команды корабля и невозможности попросить помощи. Концовка, когда я наконец узнала, что стало триггером массового помешательства, немного удивила. Признаюсь, масштабы произошедшего меня немного смутили, но я оценила задумку, хотя предпочла бы большую приземленность в объяснениях, потому что фантастическое существо и его действия довольно расплывчаты, и меня не сильно впечатлили.

Наполненная медленным, мрачным и зачастую жутким ужасом, книга написана хорошо и отлично передает атмосферу того времени. «Чарджер» удивительно реалистичен в своей работе: от самой кострукции до структуры управления и взаимодействия экипажа, а также является прекрасным местом действия для истории ужасов: от темных подводных отсеков и опиумного дыма до простого ощущения реальности пребывания в открытом океане, где некуда бежать. Эдвард Пирс — очень приятный главный герой, одновременно глубоко человечный и несовершенный, но при этом симпатичный и компетентный. Его борьба с зависимостью хорошо показана и во многих ситуациях служит сюжету на пользу, а также вполне понятна. То, как он говорит, двигается, пишет, думает и философствует, кажется мне невероятно аутентичным как для персонажа, так и для той эпохи. Впечатляющим достижением для меня явилось то, насколько живыми кажутся остальные члены экипажа, несмотря на то, что их взаимодействие длилось всего несколько мгновений или абзацев: многогранность их личностей и историй, их недостатков и особенностей помогает им органично вписаться в эту эпоху, несмотря на столь короткий промежуток времени. Большинство из них не вызывали у меня симпатии, но ощущение их человечности придавало всем элементам остроту и отчаяние.