Шмараков Роман Львович: К отцу своему, к жнецам

Новый роман от автор бестселлера "Книга скворцов"

Тонкая стилизиация

Интеллектуальный юмор

Увлекательный сюжет

Франция, конец XII века. Замковый священник, молодой и честолюбивый, пишет письма давно умершим латинским писателям, щеголяя риторическим искусством и рассказывая о том, что ежедневно происходит в замке и с ним самим. Между тем внезапно возвращается господин замка, давно уже принявший крест и уехавший в Палестину. Оказалось, что его путешествие пошло совсем не так, как замышлялось, что до Палестины он не добрался, а побывал в совсем других краях, где не стяжал военной славы, более того — вернувшись домой, привез с собой таинственное зло, от которого трудно отвязаться…

«К отцу своему, к жнецам», на первый взгляд классический эпистолярный роман, — тонкая стилизация, в которой есть место и по-настоящему драматическим событиям, и безудержному смеху, и загадкам истории.

Серия «Азбука. Голоса» издательства «Азбука» объединяет современную русскоязычную прозу, в которой авторы экспериментируют с формой, затрагивают острые социальные темы и исследуют человеческую психологию. Если вам нравятся книги из этой серии, возможно, вам подойдут произведения в схожих жанровых и стилистических ключах. Вот несколько направлений и авторов, чьи работы могут быть интересны:

В серии есть книги, которые глубоко погружаются в повседневность и человеческие трагедии («Радиус хрупкости» Ольги Птицевой о жизни в моногородке). Похожие темы затрагивают, например, произведения Захара Прилепина или Евгения Водолазкина.

Некоторые книги серии («СНТ» Владимира Березина о дачной мистике) сочетают бытовую реальность с иррациональным. Среди похожих авторов можно назвать Татьяну Мастрюкову («Приоткрытая дверь»), Алексея Сальникова («Петровы в гриппе и вокруг него») или Виктора Пелевина (поздние романы).

В серии есть произведения, которые исследуют юность, взросление и кризис самоопределения («Электрические киты» Александра Касаверде). Среди похожих тем — романы Евгения Водолазкина («Лавр»), Гузель Яхиной («Зулейха открывает глаза»).